Общество

«Мне не хватает ее статей»: два года назад не стало Ольги Божьевой

тестовый баннер под заглавное изображение

Ольга любила авиацию. В юности совершила под сотню прыжков с парашютом. Много позже, став спецкором «МК», выполнила учебный полет с инструктором из пилотажной группы «Гжель» на учебно-тренировочном самолете Л-39. Сохранилось видео из кабины, как перегрузка при пилотаже меняла черты лица. Выдержала.

Легко любить авиацию, когда она на взлете, в силе, когда в лучах славы купаются ее соколы. Куда труднее сохранить ей преданность в тяжелые времена упадка. Еще труднее оставаться журналистом-бойцом, чтобы биться за спасение авиационного дела.

Ольге, к сожалению, пришлось стать свидетелем того, как загибалась мощь некогда великой авиационной державы, делившей когда-то первое место с США по количеству и качеству выпущенных самолетов. Сегодня не верится, но было время такого паритета. Это сегодня мы где-то далеко позади не то, что «Боинга» и «Эрбаса», а и канадской «Бомбардье», и бразильской «Эмбрайер».

В 90-е, в соответствии с гайдаровской установкой — «а зачем нам самолеты делать, мы их купим на Западе за нефтедоллары» — кастрировались некогда известные на весь мир авиационные КБ, закрывались авиазаводы, вымирали конструкторские школы, закрывались перспективные авиационные проекты, разбазаривались уникальные технологии.

Вон, пожалуйста, на месте туполевского городка на Яузской набережной, где на конструкторских столах рождены уникальные проекты военных и гражданских самолетов — Ту-95МС, Ту-144, Ту-160 — сегодня торчат жилые корпуса. А знаете, сколько новых самолетов создали в КБ Туполева за последние 20 лет? Правильно — нисколько.

Ольга Божьева была в числе тех, кто доказывал очевидные для любого не предвзятого специалиста вещи: Россия может лишиться крыльев. Ее реквием Саратовскому авиационному заводу, где в свое время построили непревзойденный самолет вертикального взлета и посадки Як-141 — можно считать кровоточащим документальным свидетельством, пожалуй, самых мрачных лет российской авиации. Завод закрыли. Конструкторскую документацию на наши «вертикалки» стырили (ну, или купили по дешевке) американцы. Сегодня в их F-35 легко читаются позаимствованные у нас конструкторские идеи.

Она никогда не боялась задавать неудобные вопросы дельцам от авиации, которые сводили на нет возможности враз обнищавших отечественных разработчиков и лишали их заказов под лозунгом «широкой международной кооперации». Когда другие журналисты взахлеб восторгались тем, что в якобы российском «Сухом суперджете» 90% комплектующих – западного производства, она задавалась вопросом: а что будет, если этих комплектующих нас когда-нибудь лишат?

Как в воду смотрела. Сегодня, после событий 2014 года и особенно после начала СВО, иностранных комплектующих нет, а ратовавшие за «международную авиастроительную кооперацию» деятели ценой чужих огромных усилий и огромных бюджетных денег пытаются восстановить утраченные авиационные компетенции.

Когда во времена Сердюкова под красивые лозунги «оптимизации» военных расходов закрывали военные аэродромы и убеждали всех в том, как хороша и экономически выгодна концентрация всей военной авиации на трех-четырех гигантских авиационных базах, Ольга Божьева не постеснялась задать курировавшему этот проект военачальнику простой вопрос: а не облегчим ли мы вероятному противнику задачу уничтожения всей нашей авиации, сконцентрированной в одном месте?

Да, после такого неудобного вопроса ее старались не звать на генеральские брифинги, но Ольге на это была наплевать. Сегодня, кстати, вкладываются деньги в то, чтобы восстановить закрытые некогда военные аэродромы для рассредоточения нашей авиации, чтобы она не стала легкой добычей дешевых дронов ВСУ.

Точно так же она не смогла смолчать, когда высокий военный чин на одном из таких брифингов, уже при новом министре обороны, рассказывал, как под его руководством возрождается военное образование после катка сердюковских военных «реформ». Ольгу возмутило, что тот же самый генерал при прежнем министре курировал как раз закрытие военных училищ и прекращение на несколько лет набора в летные вузы. Естественно, в Минобороны она стала персоной нон-грата.

Она всей душой и всеми журналистским мастерством становилась на защиту военных летчиков, попавших в трудную ситуацию из-за действия несправедливых инструкций. Например, когда летчика, который был вынужден катапультироваться после столкновения с другим самолетом в учебном полете, не только отлучали от неба, но и по суду заставляли выплатить миллионный ущерб. Ольге с помощью ведущих авиационных экспертов удавалось «достучаться до небес», и несправедливые решения отменялись.

Принципиальная и неподкупная позиция Ольги находила отклик у таких же, как она искренних патриотов авиации, преданных небу людей. Ее читали и к ее мнению прислушивались известные авиационные конструкторы ведущих авиационных фирм, делились с ней своими мыслями. В редакцию приходили сотни писем: «Передайте моё письмо Ольге Божьевой…» «Помогите связаться с Ольгой Божьевой, очень нужна ее помощь…»

Для ее читателей стало ударом известие о безвременном уходе Ольги. Вот как вспоминает об этом ветеран авиационной отрасли и вдова авиаконструктора Зухра Фейзулаевна Столярова:

«МК» потерял талантливого журналиста Ольгу Божьеву. Раньше я всегда читала её публикации. Во-первых, она писала об авиации, а с авиацией связана половина моей семьи. Во-вторых, Ольга представляла статьи не в виде сухого отчёта, а как очень волнующее художественное произведение. Например, пишет о развале авиации. Статья называется «Уходим, уходим…». Иллюстрация — облака и улетающие самолёты. Сейчас вот восстанавливают…

Мне удалось познакомиться с Ольгой. Она никогда не отказывалась от общения. Всегда было интересно. После ухода из жизни моего мужа Н.А.Столярова я заключила договор с издательством МАИ о выпуске его книги «Авиация глазами исполнителя». Когда книга вышла из печати, я отнесла в редакцию «МК» две книги, одну из них для Ольги. Звоню — не отвечает, звоню — не отвечает… Выясняю, что случилось. И мне говорят: «У нас большое горе. Ольга скончалась 1 января».

Такая молодая! Такая красавица! Да, это горе и для меня. С тех пор мне не хватает её замечательных статей. Ольга писала талантливо. Я читала её всегда с волнением. Её талант не затмевают. Царствие ей небесное!»

А вот еще выдержки из писем, пришедших в редакцию после ухода Ольги:

«Об Оле я часто вспоминаю — удивительным человеком она была! И из-за честного отношения к делу она так рано ушла…»

«А, вообще, вы очень осторожный журналист… Ольга была смелее и более бескомпромиссная. Она не давала властям сидеть на месте и жировать!..»

Оль, прости. Будем стараться. Светлая память!..

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика